Сумасшедший жестянщик Пако Рабан

Сумасшедший жестянщик Пако Рабан

Испанец по происхождению, француз по духу, архитектор по образованию, дизайнер по профессии, эксцентрик и философ по призванию – Пако Рабан верит, что его творения продиктованы высшими силами, помнит свои предыдущие жизни и уверяет, что дружен с апостолом Павлом и самим Господом Богом.

Текст Наталья Линник

В изгнании

Этот удивительный человек появился на свет в смутное для Испании время в семье военного. Отец маленького Пако, родившегося в Стране Басков, в свое время принимал участие в Рифской кампании на севере Африки бок о бок с будущим диктатором Франко. В годы Гражданской войны он встал на сторону республиканцев, за что был арестован и в течение долгого времени считался пропавшим без вести. Лишь годы спустя, находясь уже за пределами страны, родные узнали, что он был расстрелян еще в 1937 году, когда его сыну, будущему модельеру, было всего 3 года.

После ареста мужа мать Рабана, молодая 29-летняя женщина, решается на отчаянный шаг и бежит со своими четырьмя детьми во Францию. Там их ждут немалые лишения и испытания: семью ограбят французские солдаты, она потеряет все свое имущество, будет голодать… Пако, впрочем, еще слишком мал, чтобы что-либо помнить, и узнает обо всем этом гораздо позже, из рассказов матери. Он с теплотой вспоминает свое детство в городке Морле на севере Бретани, говоря, что оно прошло в окружении удивительных женщин.

«Моя мать была очень мудрой, она дала мне свободу делать все, что мне захочется, кроме одного – лишать женщин красоты».

Воспитанием будущего дизайнера тогда занимались его бабка, крестьянка, женщина суеверная и религиозная, и мать – ярая коммунистка, революционерка и атеистка. Именно она, судя по всему, и внушила своему сыну любовь и уважение к Женщине. «Моя мать была очень мудрой, – говорит Рабан: – она дала мне свободу делать все, что мне захочется, кроме одного – лишать женщин красоты». А в чем мать Рабана знала толк, так это в красоте и стиле, потому как во Франции ей посчастливилось поступить на службу к Кристобалю Баленсиаге и вскоре стать его правой рукой. Именно она научила Рабана видеть и понимать, как кроится и шьется женское платье, что весьма пригодится ему в будущем.

От пуговиц к чешуе

Мода, впрочем, поначалу нимало не интересовала Рабана, и в 17 лет он поступает в парижскую Школу изящных искусств, чтобы учиться на архитектора. По его собственному признанию, архитектура научит его видеть перспективу, пространство и работать с различными материалами. Но учеба стоит денег, и чтобы хоть как-то подзаработать, юноша рисует для журналов, делает украшения и… пуговицы. Именно в этом, на первый взгляд, пустячном занятии впервые проявился его дизайнерский талант – его пуговицы из кожи и пластмассы с наклеенными на них зернами кофе и посеребренными макаронами настолько хороши и оригинальны, что вскоре ими начинают интересоваться такие модные дома, как Givenchy, Nina Ricci и Pierre Cardin.

Серьги из непривычного и дешевого материала – родоида (высококачественного прозрачного пластика) – также очень популярны благодаря экстравагантному дизайну и цене. Они раскупаются как горячие пирожки: за первый год начинающий дизайнер продает около 25 тысяч своих изделий. Вдохновленный успехом, Рабан принимается и за создание одежды из этого же, со временем превратившегося в его торговую марку, материала – родоида.

В 1966 году в гламурном парижском отеле George V проходит показ первой коллекции одежды от Рабана: босоногие темнокожие модели, покрытые мелкими чешуйками алюминиевых и пластмассовых пластин, дефилируют под громкую музыку – зрелище доселе невиданное, космическое и завораживающее. Одежда неносибельна, презентация вызывающа, консервативная общественность в изумлении. Легендарная Коко Шанель после этого шоу назовет Рабана «металлургом» и, того хлеще, «жестянщиком»: «Это не модельер, это жестянщик! Я холодею, когда вижу этих женщин в алюминиевых пластинах. Кому могло прийти в голову так запаять бедняжек?»

rabanne3

Мнения, впрочем, как обычно, расходятся, и многие воспринимают новую моду с восторгом. Рабану рукоплещет его соотечественник и друг Сальвадор Дали, который тут же с присущим ему снисхождением присуждает Рабану звание «второго гения Испании».

Эффект достигнут, Рабан заставляет о себе говорить, и из Франсиско Рабанеды-и-Куэрво, в течение какого-то времени подписывавшего свои эскизы как Франк Рабан, он превращается в дизайнера Пако Рабана. На свет появляется новая торговая марка.

Золотое десятилетие

Новая стезя дает огромный простор для фантазии такого выдумщика, как Рабан, и он пускается во все тяжкие. Вслед за коллекцией «неносибельных» платьев появляются плащи из страусиных перьев и прозрачного скотча, бумажные платья, туники из пластмассы и железных колец, изделия из флуоресцентной кожи, безумные аксессуары из черного меха, бархата и любимого родоида. Рабан без конца экспериментирует с материалами, их обработкой и с дизайном конечного продукта. Он первым представляет публике изделия из вязаного меха, где куски меха собраны на шерстяную нить.

«Я хотел создать образ свободной, своенравной женщины, которая ни в коем случае не является чьей-то вещью, она сама распоряжается своими деньгами и знает цену независимости».

60-е становятся десятилетием Пако Рабана. Он в моде и у всех на устах, его платья приобретает для своей коллекции нью-йоркский Музей современного искусства (МоМА), он создает костюмы для кино, где одевает таких звезд, как Одри Хепберн («Двое на дороге», 1967) и Джейн Фонда («Барбарелла», 1968). Эпоха милых скромниц с осиными талиями в пышных юбках уходит в прошлое, Рабан придумывает одежду для нового типа женщины – независимой, сексуальной, немного агрессивной. «Я хотел создать определенный образ, – скажет он впоследствии, – образ свободной, своенравной женщины, которая ни в коем случае не является чьей-то вещью, она сама распоряжается своими деньгами и знает цену независимости».

В 1969 году появляется первый парфюм Пако Рабана «Calandre», за которым последует целая череда ароматов: «Metal», «La Nuit», «XS», «Paco», «Ultraviolet», «1 Million». Наступает новая, очень важная, парфюмерная эра в жизни марки. В 70-х Пако Рабан понемногу отходит от haute couture и сосредотачивается на prêt-à-porter: в 1973 году он запускает свою линию готовой одежды для мужчин, а в 1990-м – для женщин.

В конце 90-х годов Пако Рабан создает свою последнюю коллекцию, продает бренд каталонскому модному и парфюмерному гиганту Puig и с тех пор живет, по своим собственным словам, на одну зарплату. Часть этой зарплаты, к слову, месье Рабан щедро жертвует монахам-цистерцианцам, выхаживающим во Франции больных СПИДом.

rabanne2

Эра Водолея

В настоящее время, несмотря на свой преклонный возраст, Пако Рабан все так же молод душой и не утратил склонности к эпатажу. Например, он с большой охотой делится с прессой впечатлениями о своих астральных путешествиях, первое из которых случилось с ним в семилетнем возрасте; о том, как он впервые увидел Бога во время футбольного матча, или о том, кем он был в своих предыдущих жизнях (погребенным заживо баскским священником и фавориткой французского короля Людовика XV среди прочих). Он уверен, что нынешняя реинкарнация завершает цикл его земных воплощений, и потому намерен жить на полную катушку.

В мире моды он сейчас редкий гость, а когда появляется, не упускает случая похулиганить: в 2011 году, например, он создал серию «архитектурных» костюмов для выступления Lady Gaga на церемонии MTV.

Забавно, но сам модельер в повседневной жизни одевается очень скромно, почти аскетично – во все черное, и если бы не лукавая чертовщинка в смеющихся глазах, его вполне можно было бы принять за священника. В будущее «падре» смотрит с исключительным оптимизмом и предсказывает наступление новой эры Водолея, в течение которой человек станет чище, духовнее и счастливее. Ну что ж, будем надеяться, что он прав.

Рабан – статья в журнале